По данным Росстата, в январе 2026 года потребительские цены в России выросли на 1,62% по сравнению с декабрём, тогда
как месяцем ранее рост составлял лишь 0,32%.
В годовом выражении инфляция ускорилась до примерно 6% против
5,59% в декабре 2025 года, то есть всего за один месяц темп роста цен поднялся на 0,41 процентного пункта.
Официальный документ Росстата фиксирует индекс потребительских цен на уровне 101,62% к декабрю (для сравнения: в январе 2025‑го этот показатель составлял 101,23%), что подчёркивает аномально сильный для начала года скачок.
Краткосрочная статистика также указывает на аномально высокий всплеск инфляции в начале года: только за период с 1 по 12 января индекс потребительских цен, по оценке Росстата, составил 101,26%, тогда как в аналогичный период 2025 года рост был заметно ниже.
По расчётам с использованием среднесуточных данных, публикуемым в СМИ со ссылкой на Росстат, к 19 января годовая инфляция достигала около 6,46%, что подтверждает ускорение цен уже в первой трети месяца.
Министерство экономического развития в комментариях к этим данным отмечало, что значительная часть январского рывка была связана именно с налоговым фактором — повышением базовой ставки НДС с 20% до 22%, которое бизнес стал активно закладывать в цены уже в начале года.
Таким образом, старт инфляции в 2026‑м серьёзно отличается от более мягкого начала 2025 года и задаёт для домохозяйств повышенный уровень неопределённости в отношении будущей динамики цен.
Структура инфляции: продукты, услуги и базовый индекс
Подробная выкладка Росстата показывает, что рост цен был неоднородным по различным группам товаров и услуг.
На продовольственные товары в январе цены выросли на 1,95% по сравнению с декабрём, что более чем в четыре раза выше декабрьского показателя (0,43%). В годовом выражении продовольствие подорожало на 5,88%, то есть темп роста цен на продукты уже приближается к общему индексу и сильно влияет на повседневные траты семей.
Непродовольственные товары за месяц подорожали всего на 0,61% (в декабре — 0,34%), а в годовом выражении
— на 3,18%, что почти вдвое ниже общей инфляции.
Услуги стали главным драйвером: за январь их стоимость
выросла на 2,33%, а к январю прошлого года — на 9,58%, то есть налицо почти двузначный рост.
В совокупности это означает, что давление на бюджеты домохозяйств идёт, прежде всего, через плату за ЖКУ, транспорт, связь и другие регулярные сервисы, тогда как часть товаров длительного пользования дорожает значительно медленнее.
Отдельное значение имеет базовый индекс потребительских цен, очищенный от краткосрочных и сезонных шоков.
В январе базовый индекс составил 100,95% к декабрю и 105,43% к январю прошлого года, что указывает на сохранение повышенного базового инфляционного давления, даже если не учитывать скачки отдельных цен.
Дополнительно Росстат с января 2026 года актуализировал набор товаров и услуг для расчёта индекса, что позволяет точнее учитывать изменившуюся структуру потребления домохозяйств и делает сравнение в динамике более корректным.
Региональный срез: Москва как пример
Банк России анализирует инфляцию и на региональном уровне, что позволяет оценивать, насколько ситуация в конкретных
городах отличается от общероссийской картины.
По данным регулятора, в Москве в январе 2026 года цены выросли
на 1,72% к декабрю, а годовая инфляция составила 4,87% — заметно ниже общероссийского уровня.
В аналитических материалах подчеркивается, что после длительного снижения годовая инфляция в стране в январе ожидаемо повысилась, но это рассматривается как последствие разовых факторов, связанных с налогами и тарифами, а не как устойчивый разворот тренда.
Экономисты Банка России предполагают, что после исчерпания влияния этих факторов инфляция вновь начнёт замедляться, а локальный всплеск в начале года будет сглажен на горизонте ближайших кварталов.
Инфляционные ожидания: редкий «плюс» в статистике
На фоне статистики по ценам особенно выделяются данные об инфляционных ожиданиях населения.
Исследование
«инФОМ» по заказу Банка России, проведённое с 4 по 13 февраля, показало, что ожидаемая населением
инфляция на год вперёд снизилась до 13,1% с январских 13,7%.
РБК и другие деловые СМИ обращают внимание на то,
что это первое снижение показателя за пять месяцев — до этого ожидания либо росли, либо стояли на высоком
уровне.
Оценка уже наблюдаемой годовой инфляции в феврале при этом не изменилась и осталась на уровне 14,5%, то есть люди по‑прежнему воспринимают рост цен как двузначный, несмотря на официальные 6%.
Разрыв между официальной статистикой и субъективными ощущениями объясняется тем, что домохозяйства сильнее реагируют на динамику наиболее частых и заметных покупок — прежде всего продуктов и услуг ЖКХ.
В материалах Банка России подчёркивается, что инфляционные ожидания — один из ключевых факторов, которые
регулятор учитывает при принятии решений по ключевой ставке.
По оценке ЦБ, за последние четыре года, когда
из‑за проинфляционных шоков цель по инфляции достигалась не всегда, ожидания закрепились на повышенных уровнях и
теперь снижаются достаточно медленно.
Со сбережениями и без: как восприятие инфляции зависит от финансовой подушки
Детальная разбивка опроса «инФОМ» показывает, что ожидания и оценки инфляции заметно различаются у разных групп населения.
У респондентов, имеющих сбережения, ожидания по инфляции на горизонте года в феврале снизились до 11,5% против 12% месяцем ранее. У тех, кто не имеет накоплений, показатель упал ещё сильнее — до 14,2% с 15,2%.
При этом оценка уже произошедшей инфляции у граждан без сбережений, напротив, поднялась до 16%, тогда как у людей с накоплениями снизилась до 12,9%.
То есть экономически более уязвимые домохозяйства одновременно сильнее чувствуют подорожание и всё ещё более пессимистично смотрят на будущее, хотя и демонстрируют некоторый оптимизм по сравнению с концом 2025 года.
Отдельный показатель опроса — доля респондентов, считающих, что сейчас лучше откладывать деньги, а не тратить их.
По данным публикаций со ссылкой на исследование, в феврале она выросла до 54,9%, что говорит о сохраняющемся стремлении населения к сбережениям даже при высоких инфляционных ожиданиях.
Как ЦБ интерпретирует всплеск инфляции и снижение ожиданий
Официальная позиция регулятора изложена в информационном сообщении Банка России от 13 февраля и в резюме обсуждения ключевой ставки.
ЦБ отмечает, что устойчивые показатели текущего роста цен существенно не изменились, а январский скачок во многом связан с перераспределением инфляции между концом 2025 и началом 2026 года.
Учитывая то, что многие компании перенесли повышение НДС в цены уже в январе, инфляция в 2026 году ожидается выше, чем оценивалось осенью.
В обновлённом прогнозе регулятор повысил ожидаемый диапазон инфляции на 2026 год до 4,5–5,5% вместо 4–5%.
При этом Банк России подчёркивает, что после исчерпания влияния разовых факторов инфляция возобновит замедление, а в 2027 году и далее годовая инфляция должна стабилизироваться на цели вблизи 4%.
Снижение инфляционных ожиданий в феврале регулятор рассматривает как важный позитивный сигнал, подтверждающий, что ужесточение денежно‑кредитной политики (высокая ключевая ставка) постепенно начинает «работать» и воздействовать на поведение домохозяйств.
Именно динамика ожиданий, по словам представителей ЦБ, будет одним из ключевых критериев при оценке целесообразности дальнейшего снижения ключевой ставки на следующих заседаниях.
Что это значит для финансовых решений домохозяйств
Сочетание ускорившейся фактической инфляции и умеренного снижения инфляционных ожиданий формирует сложный фон для
финансового планирования российских семей.
С одной стороны, рост цен на услуги и продукты выше общего уровня
заставляет пересматривать структуру потребительских расходов, отказываться от части необязательных покупок и
внимательнее относиться к долговой нагрузке.
С другой стороны, сигнал о том, что население стало меньше бояться дальнейшего ускорения инфляции, а регулятор по‑прежнему нацелен вернуть её к уровню около 4%, поддерживает мотивацию сохранять сбережения в рублёвых инструментах и снижает риск панических «набегов» на товары длительного пользования.
Для домохозяйств это означает необходимость сопоставлять доходность вкладов и других инструментов с официальной и ожидаемой инфляцией, а также избегать принятия долговых решений исключительно из страха будущего роста цен.
